Кольцо

Cолнце светило над Страсбургом так, как и положено было ему светить в июле – непереносимо ярко, и всё в городе, казалось, изнывало от жары. Жарко было и тому господину, который ехал в открытом «кадиллаке» по неширокой улице, подставив лицо ветру. Ветер, впрочем, не освежал.

Нелишне отметить, что упомянутый господин сидел не за рулём «кадиллака», а на мягком заднем сиденье, и в зубах у него была двадцатифранковая сигара. Кроме того, излишний вес сего персонажа усиливал влияние жары, и буквально после каждой затяжки господин тихо ругался: до водителя доносилось еле слышное «Carramba!».

Что касается самого водителя, то в его личности не было ничего примечательного, за исключением пистолета модели «Астра» на поясе.

«Кадиллак» остановился возле неприметного с виду здания, и водитель, резво выскочив со своего места, распахнул дверцу перед господином с сигарой. Тот вывалился из машины, яростно зашвырнул окурок в стоящую неподалёку урну и зашагал к дверям. Теперь обнаружилась ещё одна деталь, довершающая портрет испаноязычного толстяка – к его запястью прочной стальной цепочкой был прикован «дипломат» с кодовым замком.

За дверью его встретил профессионально вежливый охранник, и господин предъявил ему пропуск – пластинку из неопознанного сплава, отливающую всеми цветами радуги. Охранник опытным движением вставил пластинку в прибор, прикреплённый к стене, и, дождавшись, пока вспыхнул зелёный огонёк, кивнул господину:

– Всё в порядке, месье.

Сунув пропуск в карман, толстяк зашагал дальше, без труда ориентируясь в пересекающихся коридорах, и, наконец, добрался до лифта, который унёс его на добрый десяток метров вниз. Там последовала ещё одна проверка, после которой толстяк, отдуваясь, вошёл в просторный зал, где уже находилось несколько человек, сидевших вокруг стола, заваленного бумагами.

– Слава Богородице, хоть тут прохладно! – проворчал господин, проходя к столу и с грохотом водружая на него «дипломат». – Я такой жары не видал даже в Мадриде!

Молодой человек лет тридцати, с интересом взглянувший на испанца, пожал плечами, как бы извиняясь за такую дикую жару. Прочие же лица никак не отреагировали на тираду вновьприбывшего, и испанец протянул руку, чтобы ему разомкнули наручник, соединявший его с «дипломатом».

Теперь, по-видимому, настало время пояснить, кто были эти люди, и зачем они собрались здесь, в этом здании.

Имя пухлого господина было Карлос Эспада, и он прилетел этим утром из Барселоны специальным дипломатическим рейсом. Вчера же после ужина он был назначен одним из консультантов проекта.

Из присутствующих же здесь главным являлся Курт Штеффер, генерал бундесвера. Именно он сидел во главе стола, поблёскивая своими погонами – генерал был в полной форме. По правде говоря, он был глуп, зато исполнителен – именно поэтому и занимал должность административного руководителя проекта. Помимо всего прочего он отвечал ещё и за секретность всего мероприятия, а лучшей кандидатуры для этого подобрать было трудно.

Молодого человека, пожавшего плечами в ответ на тираду испанца, звали Джонни Ф. Голдберг. Несмотря на свою простодушную физиономию, он окончил Оксфорд, курс мифологии и фольклора, и здесь присутствовал в качестве референта и одного из главных консультантов проекта.

И, наконец, четвёртым в этой комнате был Серж Госсьер – программист высшего класса, один из ответственных за техническую часть проекта. Правда, здесь он присутствовал вместо своего непосредственного начальника, профессора Леруа, который, собственно, и заварил всю эту кашу.

Что касается самого проекта, то он носил название «Кольцо» и был засекречен по классу «А два нуля», а это уже само по себе говорило о многом. Проект осуществлялся и финансировался ведущими европейскими странами – Англией, Францией, Германией, Испанией и Швецией, и в случае его успеха весь ход истории мог пойти по-другому.

– Начнём, господа, – прокаркал Штеффер. – Как говорится, ближе к делу. (...)

Имя: