Тайна старого подвала

«А день-то обещает быть жарким, – лениво подумал Николай, метким ударом убивая очередную муху, кружившуюся над его рабочим столом. – Какая всё-таки гадость это лето...»

Он выглянул в окно, но оно было настолько грязным, что через него Николай почти ничего не увидел. Однако же, против ожидания, это не разозлило его, а лишь вогнало в тупую апатию. Да и было от чего приуныть – солнце поднимается всё выше, скоро на город опустится настоящая жара, а тут на тебя свалили уйму дел, и со всеми надо разбираться.

И самое-то обидное было то, что ни одно из этих дел нельзя было решить, не выходя из кабинета – значит, изволь бегать по пыльным, душным улицам, говорить с разными уродами, которым до тебя дела нет... И что за это? А ничего – всего лишь нищенская лейтенантская зарплата.

Такова была предопределённая на много лет вперёд судьба Николая, ибо он являлся не кем иным, как участковым, служившим в одном из рабочих кварталов города, а следовательно – лицом с минимумом прав и кучей обязанностей. Но теперь, кажется, настало время познакомиться поближе с нашим героем.

Николай Иваченков – да, именно такова была его фамилия – оказался в милиции по одной очень простой причине – он не хотел служить в армии. Ещё в школе он слыл юношей романтичным, мечтателем, и ему вовсе не улыбалось очутиться в грязной казарме, вдали от дома, а то и вовсе, не дай Бог, оказаться где-нибудь в Чечне. Служба в милиции, вполне способная заменить службу воинскую, казалась Николаю куда как более возвышенной и благородной. Дальнейшие планы строились самые смелые; достаточно сказать, что на пенсию Иваченков мечтал уйти, будучи как минимум генералом МВД.

Но действительность оказалась куда как более суровой – Николая отправили прозябать в участок на окраине города, где этот молодой человек разительным образом изменился. Тесное общение с наркошами, бомжами и прочим человеческим отребьем выветрило из него романтику, а мизерная по теперешним временам зарплата заставила Николая проявить недюжинные способности по части выколачивания денег из вверенного ему населения.

Очень скоро его знали в лицо все торговцы в окрестностях, заискивающе улыбались ему и оделяли его «подарочками» – без этого, как знал любой, его ларёк могли запросто опечатать и составить акт; причина для этого всегда нашлась бы. Николай принимал «подарочки» благосклонно, с видом безмерно уставшего от жизни человека, но в то же время всегда принимал все меры предосторожности, чтобы об этом не узнало начальство. Выгнать, конечно, за такое дело не выгонят, но проблемы будут, а зачем они нужны?

Кроме того, появилась в нашем герое и ещё одна неблаговидная черта – склонность к насилию. Сейчас Николай уже и не смог бы сказать, когда он впервые взял в руки «демократизатор» и отдубасил им зарвавшегося наркошу, но сам процесс ему явно понравился. И, хотя до признанных мастеров «палочного боя» ему было ещё далеко, тем не менее среди коллег Иваченков пользовался славой «крутого мента», которому поперёк дороги не становись.

Однако было также и кое-что, мешавшее ему в полной мере наладить отношения с товарищами по службе – а именно, Николай не пил. И не в смысле, не ударялся в запои или не хлестал водку из горла, а не пил вообще, ни грамма. Да, что ни говори, в этом смысле Иваченковым был странным участковым. Нетипичным, можно сказать.

Смешно сказать, но из-за этого Николай уже имел мелкие конфликты с начальством, каковое однажды вызвало его на ковёр и строгим голосом вопросило: «Ты почему не пьёшь? В коллектив не вписываешься!». Эта история в своё время веселила весь отдел, а Иваченков приобрёл репутацию «парня со странностями», за которым нужен глаз да глаз. (...)

Имя: